Click to order
Total: 
Имя
E-mail
Телефон
Варианты доставки
Оплата

Иконопочитание

История и традиция почитания икон
Икона занимает особое место в православном вероучении, будучи не просто изображением, но и средством общения с Богом и святыми. Однако до сих пор почитателей икон упрекают в идолопоклонстве и нарушении заповедей: «да не будет у тебя других богов, не делай себе кумира того изображения, что на небе вверху и что на земле внизу, и что в воде ниже земли. Не поклоняйся и не служи им» (Исх. 20: 2–5). Однако этот ветхозаветный запрет на изображение не имеет отношения к иконам. Его цель была в том, чтобы не допустить поклонения твари вместо Творца.

Иконы не изображают «других богов» – тех, которым поклонялись язычники. Кроме того, в Ветхом Завете можно найти указание Божие сделать медного змия, двух херувимов на крышке Ковчега Завета, и все это находилось в святая святых Храма. Запрет на изображение Бога объяснялся невозможностью изобразить Его: «Бога не видел никто никогда» (Ин. 1: 18). В Ветхом Завете, пишет Иоанн Дамаскин, «общение Бога со своим народом происходило в голосе. Не видя образа Божия, не могли Его изображать, могли только письменно закрепить слова Бога».

Иоанн Дамаскин указывает на принципиальное различие: «в Ветхом Завете откровение осуществляется в слове, в Новом Завете и в слове, и в образе, ибо Невидимый стал видим». С Боговоплощением Христа невидимый Бог, по словам Дамаскина, «восхотевший явиться», стал доступен нашему чувственному восприятию: «когда увидишь Бестелесного ради тебя вочеловечившегося, тогда будешь делать изображение человеческое Его вида». Как замечал другой активный защитник иконопочитания, Феодор Студит, хотя в Новом Завете нигде не сказано, что нужно писать или почитать иконы, Спаситель также не велел ничего записывать, однако апостолы создали Его образ, сохранившийся на века.

Иконография Православной Церкви основана на двух образах: Христа – Бога, ставшего человеком, и Богородицы – первого человека, достигшего полного обожения. После Боговоплощения стало возможно изображать также и пророков и праотцев Ветхого Завета как представителей человечества, уже искупленного кровью Сына Божия. Примечательно, что, согласно церковному Преданию, первая икона Христа – Нерукотворный Спас, а первые иконы Богоматери приписываются ап. Луке. Опасность идолопоклонства потеряла актуальность: как пишет Иоанн Дамаскин, «мы получили от Бога способность различать, что м.б. изобразимо и что не м.б. выражено посредством изображения».

Ioann_Damaskin_ikona
Иоанн Дамаскин
ikona_isys_christos_
Иисус Христос. Фреска из катакомб Коммодиллы. Конец IV века
Поклонение и почитание икон

В связи с отношением к иконе различают два понятия: поклонение и почитание. Поклонение может относиться только к Богу, а почитание – к святым, к ангелам, а также к мощам, иконам, реликвиям. Почитание Библии объясняется поклонением не «естеству кож и чернил», но заключенному в ней Слову Божиему. Точно также в иконе почитают не материалы, краски и доски, а Того, Чей образ написан красками на доске.

В первые века христианства иконопочитание не имело привычного нам значения и распространения. На фресках катакомб встречаются изображения Богоматери и апостолов, однако преобладают символические изображения: Христос как Добрый Пастырь, Орфей, виноградная лоза, агнец, рыба и т.п. Это можно объяснить как стремлением сохранить тайну для посвященных и нежеланием обращаться к живописи как искусству язычников, так и тем, что язык иконы тогда только складывался.

Пято-Шестой (Трулльский) Собор (692 г.) в контексте борьбы с ересями постановил заменить символ прямым образом: по выражению Л.Успенского, «опровергать христологическую ересь образом рыбы или агнца невозможно». Икона открывала особые возможности в утверждении точного православного вероучения. По словам Германа, патриарха Константинопольского, «изображение образа Господня на иконах по человеческому Его виду служит к посрамлению еретиков, которые уверяют, что Он вочеловечился лишь призрачно, а не действительно» .


Иконоборческий период
Иконоборчество в Византии. Книжная миниатюра
Период иконоборчества

VIII–XI века в истории Церкви знаменательны иконоборчеством. Причины его были разнообразны. Значительную роль сыграли политические разногласия между императором и аристократией с одной стороны и монашеством (основными защитниками иконопочитания) с другой. Не обошлось без влияния мусульманства и иудаизма, а также христианских ересей и сект, которые, при всех различиях, объединяло неприятие священных изображений. Широкое распространение икон привело к появлению связанных с ними суевериям и странных формам почитания, больше похожим на профанацию. Иконы вводили в Таинство Крещения в качестве духовных родителей, к Святым дарам подмешивали соскобленные с икон краски, изображениями святых украшали одежды. Подобные факты недолжного отношения к иконам привели к эпохе иконоборчества, охватывающей около сотни лет.

В 726 г. византийский император Лев Исавр издает указ, запрещающий почитание икон, а в 730 г. другой, предписывающий уничтожение икон. Первым актом иконоборчества было уничтожение чудотворного образа Спасителя над входом в императорский дворец. В.Лепахин систематизирует направления иконоборчества: богословское отрицание иконы, отвержение иконопочитания (икону оставляли в храме, помещая на такую высоту, чтобы к ней нельзя было приложиться), физическое уничтожение икон, гонения на иконопочитателей. Согласно решению иконоборческого собора 754 г. за почитание икон клириков лишали сана, монахов и мирян предавали анафеме.

Последующие императоры также поддерживали иконоборчество, но в более умеренных формах. Только при императрице Ирине в 787 г. был созван VII Вселенский собор, который вернулся к православию, утвердив почитание икон и мощей. Однако через 27 лет при императоре Льве Армянине, считавшем, будто правители-иконоборцы были более успешны, начался второй период иконоборчества, продлившийся до середины IX в. Уже при императрице Феодоре в 843 г. Константинопольский собор окончательно утвердил иконопочитание и установил празднование Торжества Православия в первое воскресенье Великого поста.

Иконоборчество привело к потере многих святынь и произведений искусства, стало причиной преследований и мучений христиан, которые твердо придерживались православия. Но в то же время полемика с иконоборцами позволила Церкви уточнить догматику и максимально разработать свою теорию иконопочитания как один из центральных моментов вероучения. Как пишет Л.Успенский, «для Церкви катастрофа иконоборчества оказалась торжеством. До тех пор многим недоставало капитальной важности Церковного искусства. В огне борьбы Церковь нашла слова, выражающие богатство и глубину ее учения».

Полемика вокруг иконопочитания оказалась тесно связана с вопросом Боговоплощения. Отрицание иконы вело к отрицанию Боговоплощения, а оно, в свою очередь, к отрицанию спасения человечества. Икона, таким образом, понималась не как произведение изобразительного искусства, но как богословский аргумент. По выражению Л.Успенского, «икона – ручательство истинности воплощения» (Усп 89).

Иконоборцы считали, будто икона неспособна передать истинное соотношение природ Христа. С такой точки зрения, если попытаться изобразить вместе человеческую и Божественную природу, получится ересь монофизитства, если же изобразить только человеческую плоть, отделив ее от Божества, выйдет ересь несторианства. При этом они не учитывали, что икона изображает не природу, а личность (ипостась). По словам Иоанна Дамаскина, «сущность (т.е. природа) не имеет самостоятельного бытия, но усматривается в личностях».

Феодор Студит утверждал, что любое изображение конкретно. Икона изображает не Божество, не человечество Спасителя, но Его ипостась, соединяющую в себе эти две природы неслиянно и нераздельно. Лицо Христа «„описуемо", но не по Божественной природе, которую никто никогда не видел, а по природе человеческой, ставшей видимой в Лице [Сына]...». По логике Феодора Студита, отрицание возможности иконы Христа приводит к отрицанию того, что Слово стало плотью, а значит, вочеловечение Христа оказывается не более чем фантазией. Как пишет О.Давыденков, «если бы Христос был неизобразим, то отсюда следовало бы заключить, что Он во время Своей земной жизни был невидим, тогда и Евангелие было бы невозможно, т.к. оно тоже есть образ воплощенного Бога, Его словесная икона».

С другой стороны, по замечанию С. Булгакова, «потребность иметь с собой и пред собой икону вытекает из конкретности религиозного чувства, которое не удовлетворяется одним только духовным созерцанием, но ищет и непосредственной, осязательной близости, как это естественно для человека, состоящего из души и тела». Человеку, как существу душевно-телесному, требуется пища не только для духа, но и для чувств.

Итак, икона Иисуса Христа не только не противоречит богословской догматике, но своими специфическими средствами подтверждает ее. «На иконе изображается не Иисус человек (одна природа) и не Сын Божий (другая природа), а Иисус Христос Богочеловек (Ипостась), пребывающая Богочеловеком и по восшествии к Отце, в седении одесную Его». Это подчеркивают надписи на иконе Спасителя: на крещатом нимбе ΟΩΝ – имя Божие, открытое в Ветхом Завете Моисею, а по сторонам лика – Иисус Христос, имя Сына человеческого (Лепахин).

Как отмечает Л.Успенский, икона связана со своим прототипом не в силу тождества с ним, а тем, что она изображает его личность и носит его имя. Именно поэтому «честь, воздаваемая образу, восходит к первообразу», по формулировке Отцов VII Вселенского Собора. В. Лепахин подчеркивает, что «икона – не просто изображение. Это и изображение, и мысленный его образ, и образ и Первообраз, единство которых понимается в богословии иконы как реальное „присутствие" в изображении Божественной энергии оригинала». Таким образом, становится ясно, что выступая против человеческого образа Бога, иконоборцы отрицали возможность освящения материи и обожения человека.

Почитание образа настолько связано с поклонением Первообразу, что в эпоху иконоборчества христиане шли на муки, лишь бы не попрать иконы. Среди таких исповедников были братья Феодор и Феофан Начертанные, монахи, ставшие преподобномучениками. Прп. Феодор отказался причаститься вместе с иконоборцами и тем самым согласиться с отрицанием икон: «Это всё равно, как бы вы сказали: „Мы только отрубим тебе голову, а потом иди куда хочешь"». Начертанными братьев-исповедников стали называть после того, как в наказание за сопротивление иконоборчеству на их лицах выжгли («начертали») позорные стихи. Подвиги святых, принявших мучения за твердость в иконопочитании, показывают истинное значение иконы для православного человека и укрепляют в вере и верности.


икона Торжество православия
Торжество Православия
Поскольку «честь, воздаваемая образу, переходит к первообразу», мы молимся не иконе как артефакту, но тому, кто изображен на иконе, так же, как глядя на фотографию близкого человека, мы видим как бы его самого, а не кусок бумаги. Отцы VII Вселенского Собора утверждали: «чем чаще видим мы иконы, тем чаще подвизаемся вспоминать и любить первообраз». По словам И.Языковой, икона учит предстоянию перед Богом лицом к лицу, «созерцание иконы – это молитвенный акт, в котором постижение смысла красоты переходит в постижение красоты смысла. Назначение иконы в том, чтобы содействовать молитве». Этому способствует и эстетическая сторона иконы: красота, по словам В.Лепахина, усладжает зрение и незаметно открывает душе славу Божию.

Человек предстоит перед иконой как перед самим Богом и Его святыми угодниками. Икона открывает человеку возможность непосредственного общения с Богом и со святыми. Она не только помогает человеку не только обращаться к Богу, но и получать ответ – Божию благодать. «Благодать, стяжанная при жизни святым, пребывает в его иконе». Об этом свидетельствуют чудесные исцеления, мироточение, обновление икон.


Иконоборческий период, почитание икон,
икона святых